Былины Новгородского цикла

 

Докиевские

Святогор и Илья Муромец
Погребение Святогора
Святогор и тяга земная
Фрагменты о Святогоре
Вольга
Вольга и Микула Селянинович

Киевские

Илья Муромец
Добрыня Никитич
Алеша Попович
Дунай
Соловей Будимирович
Дюк Степанович
Чурила Пленкович
Иван Гостиный сын
Иван Гостиный сын (Мать продает своего сына)
Данило Ловчанин
Ставр Годинович
Иван Годинович
Глеб Володьевич
Про Василия Турецкого
Хотен Блудович
Сорок калик со каликою

Новогорoдские

Садко
Василий Буслаев и мужики Новгородские
Василий Буслаев молиться ездил

Героические

Князь Роман и Марья Юрьевна
Ванька Удовкин сын
Суровен Суздалец
Сухман
Королевичи из Крякова
Братья Дородовичи
Данило Игнатьевич
Ермак и Калин-царь
Михайло Петрович (Козарин)
Калика-богатырь
Авдотья Рязаночка
Камское побоище
Богатырское слово
Василий Игнатьевич

Духовные
(апокрифы)

Соломан и Василий Окулович
Оника-воин
Егорий Храбрый
Рахта Рагнозерский

Скоморошины

Щелкан Дудентьевич
Кострюк
Терентий-муж
Агафонушка
Усишша
Вавило и скоморохи
Илья Муромец и Издолище
Небылица про льдину
Небылица про щуку из Белого озера

Василий Буслаев и мужики Новгородские

В славном великом Нове-граде
А й жил Буслай до девяноста лет,
С Новым-городом жил, не перечился,
Со мужики новгородскими
Поперек словечка не говаривал.
Живучи, Буслай состарелся,
Состарелся и переставился.
После ево веку долгова
Аставалася его житье-бытье
И все имение дворянское,
Асталася матера-вдова,
Матера Амелфа Тимофевна,
И оставалася чадо милая,
Молодой сын Василей Буслаевичь.
Будет Васинька семи годов,
Отдавала матушка родимая,
Матера-вдова Амелфа Тимофеевна,
Учить его во грамоте,
А грамота ему в наук пошла;
Присадила пером ево писать,
Писмо Василью в наук пошло;
Отдавала петью учить церковному,
Петье Василью в наук пошло.
А й нет у нас такова певца
Во славном Нове-городе
Супротив Василья Буслаева.
Поводился веть Васка Буслаевичь
Со пьяницы, з безумницы,
С веселыми удалами добрыми молодцы,
Допьяна уже стал напиватися,
А й ходя в городе, уродует:
Которова возмет он за руку,–
Ис плеча тому руку выдернет;
Которова заденет за ногу –
То из гузна ногу выломит;
Которова хватит поперек хрепта,–
Тот кричит-ревет, окарачь ползет;
Пошла-та жалоба великая.
А й мужики новгороцкия,
Посацкия, богатыя,
Приносили жалобу оне великую
Матерои-вдове Амелфе Тимофееве
На тово на Василья Буслаева.
А й мать-та стала ево журить-бранить,
Журить-бранить, ево на ум учить.
Журба Васке невзлюбилася,
Пошол он, Васка, во высок терем,
Садился Васка на ременчетой стул,
Писал ерлыки скоропищеты,
От мудрости слово поставлено:
– Хто хощет пить и есть из готовова,
Валися к Васке на широкой двор,
Тот пей и ещь готовое
И носи платье розноцветное! -
Розсылал те ерлыки со слугой своей
На те вулицы широкия
И на те частыя переулачки.
В то же время поставил
Васка чан середи двора,
Наливал чан полон зелена вина,
Опущал он чару в полтара ведра.
Во славном было во Нове-граде,
Грамоты люди шли прочитали,
Те ерлыки скоропищеты,
Пошли ко Васке на широкой двор,
К тому чану зелену вину.
Вначале был Костя Новоторженин,
Пришол он, Костя, на широкой двор,
Василей тут ево опробовал:
Стал ево бити червленым вязом,
В половине было налито
Тяжела свинцу чебурацкова,
Весом тот вяз был во двенатцат пуд;
А бьет он Костю по буйной голове,
Стоит тут Костя не шевелнитца,
И на буйной голове кудри не тряхнутца.
Говорил Василей Буслаевич:
– Гои еси ты, Костя Новоторженин,
А й будь ты мне названой брат
И паче мне брата родимова! -
А й мало время позамешкавши,
Пришли два брата боярченка,
Лука и Мосеи, дети боярские,
Пришли ко Васке на широкой двор.
Молоды Василей сын Буслаевичь
Тем молодцам стал радошшен и веселешенек.
Пришли тут мужики Залешена,
И не смел Василей показатися к ним,
Еще тут пришло семь братов Сбродовичи,
Собиралися-соходилися
Тридцать молодцов без единова,
Он сам Василей тритцатой стал.
Какой зайдет – убьют ево,
Убьют ево, за ворота бросят.
Послышел Васинка Буслаевичь
У мужиков новгородцкиех
Канун1) варен, пива яшныя,–
Пошол Василеи со дружинею,
Пришол во братшину в Николшину:
– Немалу мы тебе сыпь2) платим:
За всякова брата по пяти рублев! -
А за себе Василей дает пятьдесят рублев,
А й тот-та староста церковной
Принимал их во братшину в Николшину,
А й зачали оне тут канун варен пить,
А й те-та пива ячныя.
Молоды Василей сын Буслаевичь
Бросился на царев кабак
Со своею дружиною хорабраю,
Напилися оне тута зелена вина
И пришли во братшину в Николшину.
И а будет день ко вечеру,
От малова до старова
Начали уж ребята боротися,
А в ыном кругу в кулаки битися;
От тое борбы от ребячия,
От тово бою от кулачнова
Началася драка великая.
Молоды Василей стал драку разнимать,
А иной дурак зашол с носка,
Его по уху оплел,
А й тут Василей закричал громким голосом:
– Гои еси ты, Костя Новоторженин
И Лука, Моисеи, дети боярския,
Уже Васку, меня, бьют! -
Поскокали удалы добры молодцы,
Скоро оне улицу очистели,
Прибили уже много до смерти,
Вдвое-втрое перековеркали,
Руки, ноги переламали,-
Кричат-ревут мужики посацкия.
Говорит тут Василей Буслаевичь:
– Гои еси вы, мужики новогородцкия,
Бьюсь с вами о велик заклат:
Напущаюсь я на весь Нов-город битися-дратися
Со всею дружиною хоробраю -
Таковы мене з дружиною побьете Новым-городом,
Буду вам платить дани-выходы по смерть свою,
На всякой год по три тысячи;
А буде же я вас побью и вы мне покоритися,
То вам платить мне такову же дань! -
И в том-та договору руки оне подписали.
Началась у них драка-бои великая,
А й мужики новгороцкия
И все купцы богатыя,
Все оне вместе сходилися,
На млада Васютку напущалися,
И дерутца оне день до вечера.
Молоды Василеи сын Буслаевичь
Со своею дружиною хороброю
Прибили ене во Наве-граде,
Прибили уже много до смерте.
А й мужики новгороцкие догадалися,
Пошли оне з дорогими подарки
К матерои-вдове Амелфе Тимофевне:
– Матера-вдова Амелфа Тимофеева!
Прими у нас дороги подарочки,
Уйми свое чадо милоя, Василья Буславича! -
Матера-вдова Амелфа Тимофевна
Принимала у них дороги подарочки,
Посылала девушку-чернавушку
По тово Василья Буслаева.
Прибежала девушка-чернавушка,
Сохватала Васку во белы руки,
Потащила к матушке родимыя.
Притащила Васку на широкой двор,
А й та старуха неразмышлена
Посадила в погребы глубокия
Молода Василья Буслаева,
Затворяла дверми железными,
Запирала замки булатными.
А ево дружина хоробрая
Со темя мужики новгороцкими,
Дерутца-бьются день до вечера.
А й та-та девушка-чернавушка
На Вольх-реку ходила по воду,
А змолятца ей тут добры молодцы:
– Гои еси ты, девушка-чернавушка!
Не подай нас у дела ратнова,
У тово часу смертнова! -
И тут девушка-чернавушка,
Бросала она ведро кленовоя,
Брала коромысла кипарисова,
Коромыслом тем стала она помахивати
По тем мужикам новогороцкием,
Прибила уж много до смерте.
И тут девка запышалася,
Побежала ко Василью Буслаеву,
Срывала замки булатныя,
Отворяла двери железные:
– А й спиш ли, Василей, или так лежиш?
Твою дружину хоробраю
Мужики новогородцкия
Всех прибили-переранили,
Булавами буйны головы пробиваны.-
Ото сна Василей пробужаетца,
Он выскочил на широкой двор,
Не попала палица железная,
Что попала ему ось тележная,
Побежал Василей по Нову-городу,
По тем по широким улицам.
Стоит тут старец-пилигримишша,
На могучих плечах держит колокол,
А весом тот колокол во триста пуд,
Кричит тот старец-пилигримишша:
– А стой ты, Васка, не попорхиваи,
Молоды глуздырь3), не полетываи!
Из Волхова воды не выпити,
Во Нове-граде людей не выбити;
Есть молодцов сопротив тебе,
Стоим мы, молодцы, не хвастаем! –
Говорил Василеи таково слово:
– А й гои еси, старец-пилигримишша,
А й бился я о велик заклад
Со мужики новогородцкими,
Апричь почеснова монастыря,
Опричь тебе, старца-пилигримишша,
Во задор войду – тебе убью! -
Ударил он старца во колокол
А й тои-та осью тележную,–
Начается4) старец, не шевелнитца,
Заглянул он, Василей, старца под колоколом
А й во лбе глас уш веку нету.
Пошол Василей по Волх-реке,
А идет Василей по Волх-реке,
По той Волховои по улице,
Завидели добрыя молодцы,
А ево дружина хоробрая
Молода Василья Буслаева:
У ясных соколов крылья отросли,
У их-та, молодцов, думушки прибыло.
Молоды Василей Буслаевич
Пришол-та молодцам на выручку.
Со темя мужики новогороцкими
Он деретца-бьетца день до вечера,
А уш мужики покорилися,
Покорилися и помирилися,
Понесли оне записи крепкия
К матерои-вдове Амелфе Тимофееве,
Насыпали чашу чистова серебра,
А другую чашу
Краснова золота,
Пришли ко двору дворянскому,
Бьют челом-поклоняютца: –
А сударыня-матушка!
Принимай ты дороги подарочки,
А уйми свое чадо милая,
Молода Василья со дружиною!
А й рады мы платить
На всякой год по три тысячи,
На всякой год будем тебе носить
С хлебников по хлебику,
С калачников по калачику,
С молодиц повенешное,
С девиц повалешное5),
Со всех людей со ремесленых,
Опричь попов и дьяконов.-
Втапоры матера-вдова Амелфа Тимофевна
Посылала девушка-чернавушка
Привести Василья со дружиною.
Пошла та девушка-чернавушка,
Бежавши-та девка запышалася,
Нелзя протти девки по улице:
Что полтеи6) по улице валяютца
Тех мужиков новогороцкиех.
Прибежала девушка-чернавушка,
Сохватала Василья за белы руки,
А стала ему росказавати:
– Мужики пришли новогороцкия,
Принесли оне дороги подарочки,
И принесли записи заручныя
Ко твоей сударыне-матушке,
К матерои-вдове Амелфе Тимофевне.-
Повела девка Василья со дружиною
На тот на широкой двор,
Привела-та их к зелену вину,
А сели оне, молодцы, во единой круг,
Выпили веть по чарочке зелена вина
Со тово урасу7) молодецкова От мужиков новгороцких.
Скричат тут робята зычным голосом:
– У мота и у пьяницы,
У млада Васютки Буславича,
Не упита, не уедено,
В красне хорошо не ухожено,
А цветнова платья не уношено,
А увечье навек залезено8)!-
И повел их Василей обедати
К матерои-вдове Амелфе Тимофеевне.
Втапоры мужики новогороцкия
Приносили Василью подарочки
Вдруг сто тысячей,
И затем у них мирова пошла,
А й мужики новогороцкия
Покорилися и сами поклонилися.

«Васька Буслаев – не выдумка, а одно из величайших и, может быть, самое значительное художественное обобщение в нашем фольклоре». Эти слова А.М. Горького – наиболее точное определение его значения. Далеко не случайно в работах крупнейших историков XIX века – С.М Соловьева и Н.И. Костомарова эта былина будет использована как исторический источник, дающий достоверные сведения о быте, нравах и обычаях средневекового Новгорода, хотя в данном случае у героя былины нет исторического прототипа, она принадлежит области художественного вымысла.

Воссоздание жизни Великого Новгорода в былине полностью соответствует имеющимся историческим сведениям, а в ряде случаев и дополняет их. Уже в первой части былины мы узнаем, что матушка родимая в семь лет отдала учить Василия грамоте и письму, а также петью церковному. По данным археологических раскопок и знаменитым берестяным грамотам теперь известно, что в древнем Новгороде читать и писать умели все слои населения – от ремесленников, купцов и бояр до простого люда. В домах горожан были найдены и звончатые гусли, и трехструнные гудки, и свирели. А обучались четью-петью с семи лет...

Столь же достоверны описания набора дружины, пира новгородцев и кулачного боя на Волховом мосту. Ни в одном из источников мы не найдем такого замечательного воссоздания новгородского, чисто народного праздника братчины. Так назывались пиры, устраиваемые в складчину в зимние праздники: с Николы-зимнего до первого воскресенья поста, во время которых и устраивались кулачные бои, происходившие на мосту через Волхов. Целый ряд новгородских поверий и легенд связан с этими боями.

Но бой Василия Буслаева с новогородцами – не досужая забава. Еще В.Г. Белинский подчеркнул социальную значимость образа Василия Буслаева, который «разрывает, подобно паутине, слабую ткань общественной морали».

В русском эпосе две былины воплотили «поэзию бунта» – «Илья Муромец в ссоре с Владимиром» и «Василий Буслаев». Илья Муромец поднимает в Киеве все голи кабацкие, а Василий Буслаев со своей дружинушкой хороброей бьется со всем Новгородом.

Публикуемый текст (Сборник Кирши Данилова, № 10) принадлежит к числу классических произведений русского фольклора.


1) Канун – пиво или брага, сваренные накануне праздника

2) Сыпь (сып) – доля в складчине.

3) Глуздырь – птенец.

4) Начаяться – ожидать, думать, полагать.

5) Повалешное – сбор с валька за мытье белья на плоту.

6) Полтей – тела, разрубленные пополам

7) Урас – поражение

8) Залезено – приобретено, добыто