Героические былины

 

Докиевские

Святогор и Илья Муромец
Погребение Святогора
Святогор и тяга земная
Фрагменты о Святогоре
Вольга
Вольга и Микула Селянинович

Киевские

Илья Муромец
Добрыня Никитич
Алеша Попович
Дунай
Соловей Будимирович
Дюк Степанович
Чурила Пленкович
Иван Гостиный сын
Иван Гостиный сын (Мать продает своего сына)
Данило Ловчанин
Ставр Годинович
Иван Годинович
Глеб Володьевич
Про Василия Турецкого
Хотен Блудович
Сорок калик со каликою

Новогорoдские

Садко
Василий Буслаев и мужики Новгородские
Василий Буслаев молиться ездил

Героические

Князь Роман и Марья Юрьевна
Ванька Удовкин сын
Суровен Суздалец
Сухман
Королевичи из Крякова
Братья Дородовичи
Данило Игнатьевич
Ермак и Калин-царь
Михайло Петрович (Козарин)
Калика-богатырь
Авдотья Рязаночка
Камское побоище
Богатырское слово
Василий Игнатьевич

Духовные
(апокрифы)

Соломан и Василий Окулович
Оника-воин
Егорий Храбрый
Рахта Рагнозерский

Скоморошины

Щелкан Дудентьевич
Кострюк
Терентий-муж
Агафонушка
Усишша
Вавило и скоморохи
Илья Муромец и Издолище
Небылица про льдину
Небылица про щуку из Белого озера

Богатырское слово

Во столном славном граде Киеве
Говорит князь Владимер Всеславич киевской
Своим богатырем Илье Муромцу с товарищи:
«Или то вам не сведомо богатырем,
Что отпущает на меня царь Костянтин
Из Царяграда сорок два богатырей,
А велит им Кеев изгубити.
И вы б нынеча никуды не розежалися,
Берегли бы естя града КиевА й всее моеи вотчины».
Бьют челом семь богатырей:
«Государь, князь Владимер киевской Всеслаевич!
Отпусти нас в чисто поле,
Мы тебе, государю,
Прямыя вести отведаем
И приведем тебе, государю, языка добраго;
Тебе, государю, славу великую учиним,
И себя, государь, в честь введем
И всему твоему государству похвалу великую учиним
И многия орды острастим».
А взговорят богатыри таково слово:
«Государь князь Владимер киевской!
Сторожем мы в земле не извадились жить,
Не доведетца нам сторожами слыть».
Имена богатырем:
1 – богатырь Илья Мур[ом]ец, сын Иванович,
2 – богатырь Добрыня Никитичин,
3 – богатырь дворянин Залешанин серая свита,
злаченые пугвицы,
4 – богатырь Олеша Попович,
5 – богатырь щата Елизынич,
6 – богатырь Сухан Доментьянович,
7 – богатырь Белая Палица,
Красным золотом украшена, чечьим жемчюгом унизана,
Посреди тоеи палицы камень – самоцветной пламень.
Да говорят богатыри таково слово:
«Государь, князь Владимер киевской Всеслаевич!
Не извадились мы сторожем стеречи,
Только мы извадились в чистом поле ездити,
Побивать полки татарские;
Отпусти нас, государь, в чистое поле,
Мы тебе, государю, прямые вести отведаем
Или тобе приведем языка добраго».
Взговорит князь Владимер киевской:
«Ои естя, богатыри, Илья Муромец с товарыщи!
Непригож вам в те поры прочь отехати,
А меня вам, государя, покинути одново в Киеве.
А яз жду тех боготыреи
С часу на час борзо х Киеву.
Пригоже вам моея вотчины поберетчи».
Тут богатыри закручинилися.
Идут к своим добрым коням,
УДаря челом великому князю Владимеру Всеслаевичу;
Учали на них класти седла черкаские,
Подтягивают подпруги шелку белово,
У всех пряжи булатные,
Красного булату перепускнаго.
Да кладут на собя доспехи крепкия,
Емлют с собою палицы булатныя,
Того булату перепускнаго,
И всю свою здбрую богатырьскую.
И, всед на кони,
Прочь поехали из Киева,
Заложили копья булатные вострыя,
Поехали в чистое поле.
Едут по чистому полю,
Взговорят промеж собою такову пословицу:
«Лутче бы мы тое срамоты великия не слыхали,
Нежели мы от князя в очи такое слово слышали;
Хотя б мы людеи не дородились,
Да были бы мы богатыри не добрыя,
И нас бы в Киеве сторожи стеретчи не заставливали».
Говорит Илья Муромец своим товарыщем:
«Государи естя мои товарыщи!
Чем тех богатырей на себя ждати х Киеву,
Мы поедем встречю к ним и там с ними свидимся.
А сказывают, что удалы добре – не по обычаю,
Мы станем богу молитися,
Чтобы нам бог помощь послал на цареградцких богатырей».
А прямо идут ко Царюграду.
Как будут двенадцать поприщ до града,
Перезжаючи Смугрю-реку,
Ажно има навстречю идут двенадцать человек
Цареградцких богатырей,
А на них платье калицкое.
Приехал к ним Олеша Попович
Да говорит им таково слово:
«Братия вы милая, калики перехожия,
Дайте вы нам свое платье каличное,
А у нас возьмите наше платье светлое».
Говорит калика таково слово:
«Ои еси, Алеша Попович! Али меня не знаешь,
Или имени моего не ведаешь как меня зовут?
Зовут меня по имени Никита Иванович,
Родом есми Карачевец».
А на каликах гуни1) голуба скорлату,
А тер[ли]ки на них камки2) венецкие,
А палицы у них вязовые,
С конца в конец свинцу налиту;
А Никиты палица вся золотая.
Приехал к ним Илья Муромец
Да говорит им таково слово:
«За то нам, Никита, бранитися не о чем,
А вам стоять не за што;
Вото вам платье светлое,
Дайте нам свое платье калицкое!»
Взговорит Никита таково слово:
«За то нам, государь Илья Муромец,
Стоять не за што и спору чинить не о чем!» .
Дают [с] собя платье калицкое,
Они Дают с себя платье светлое.
Взговорит Добрыня Никитич таково слово:
«Почто вы, Никита, ходили во Царьгород?»
Говорит Никита таково слово:
«Государь Добрыня Никитич!
Ходили мы прямых вестей отведывать.
Естли столко цареградцких богатырей,
Итти ли им в Киев-город?
И вести прямые неизменные:
При царе богатыри похваляютца,
Хотят Кеев-город на шити взяти,
И великого князя с великою княгинею в полон вести
А удалых богатырей, станных людеии,
Под меч всех приклонити,
А злато и сребро покатим телегами».
Говорит в те поры Илья Муромец:
«Слышите ли, мои товарыщи?
За то хочю голову сложить -
За государеву чашу и молитвы
И за ево хлеб-соль великую».
Оставляют свои добрыя коня на Смугре-реке
И все свои сряды богатырския,
По одной емлют себе по булатной палицы
Красного булату перепуськного
И тые несут под гунями скурлатными.
Да говорят меж собою пословицу:
«Бога ради, богатыри,
Будте к татарским речем стерпивы».
Говорит дворянин Залешанин:
«Всех у нас пуще Олеша Попович,
Что он-де пьян или не пьян,
Изо всех нас охоть бранитися:
Тот у нас богатырь кручиноват»3).
Пошли богатыри во Царьгород,
А в те поры у царя стол,
А в столе подают поесть.
Пришли богатыри на царев двор,
И стали на земле перед красным окном,
И учали просити милостины
Противу окны громким голосом.
Наличные слышат гласы – сказали самому царю.
И, слыша царь Косьтянтин гласы наличные,
Да говорит Тугарину Змиевичю:
«Вели позвать калик тех,
По речам [кабы] Русь пришла,
Попытай их о вестях о киевских,
Што буде они ведают».
Позвали калик ко царю;
Царь учал калик спрашивать:
«Скажите вы, калики перехожие!»
Учал Илья Муромец говорити:
«Ходим мы, государь,
От великого князя Владимера Всеславича киевского».
Против царя сидит Идол Скоропеевич богатырь,
А ростом добре, не по обычаю,
Меж очима у него стрела ладится,
Меж плечми у него болшая сажен,
Очи у него, как чаши,
А голова у него как пивной котел:
Посмотрить на него – устрашиться.
Говорит царю Костянтину таково слово:
«Государь царь!
Волно человек попытати о вестях –
О киевских богатырех.
Сколко у великого князя Владимера богатырей,
И каковы оне ростом, прытостью».
Царь учал калик спрашивать:
«Скажите вы, калики перехожия,
Про киевских богатыри?»
Говорит Илья Муромец сын Иванович:
«В Кееве, государь, тридцать два богатыря -
Да удалы не по обычаю!»
Говорит Идол-богатырь:
«Есть ли у вас славной богатырь Илья Муромец,
Каков он рожаем и каков велик ростом?
Посмотрить-де на него – устрашитца.
И вы посмотрите нашим богатырем».
Говорит Илья Муромец:
«И ты, государь, смотри на меня».
Взговорит багатыр Идол Скоропеевич:
«Царь государь Костянтин,
Не мешкай, государь, службою багатырьскою!
Отпущаи, государь, нас на Русь борзо х Киеву,
X князю Владимеру,
И будет то[л] ко то [слово] не солгано,
Што в Киеве возговорят удалы богатыри,
И мы тебе, государю,
Приведем князя Владимера с великою княгинею...
Богатырем и удалым молодцом под меч поклонитым.
И всем в Киеве учиним сечю великую,
А злато и сребро покатим телегами.
Тебе, государю, прибыл и славу добрую во вся орды,
А себя в честь введем».
Взяла кручина молода Олешу Поповича,
Да говорит Олеша Попович таково слово:
«Коли вы, богатыри, приедите х Киеву,
Тогды не узнаете дороги, куды вам бежати.
А станете [мо]лодцев кеевских и учините сечь великую,
А покатятца головы татарския,
А прольетца кровь горячая богатырей,
Цареградцких богатырей.
Не пять у нас человек в Кееве,
Есть близко десятка человек!»
Идол на него розкручинился.
Говорит дворянин Залешанин:
«С твоего, государь, меду опился».
Говорит дворянин Залешанин Олеше Поповичю:
«Уйми свое сердце багатырское,
Немошно нам тебя нажюрить, ни наговорить».
Говорит Олеша Попович:
«А он наших богатырей ни во что ставит,
И великого князя хулит,
И Илье посмехаетца!»
И Идол на него розкручинился.
Говорит дворянин Залешанин:
«Из ума, государь, он выпиваетца!»
Говорит Идол-богатырь:
«Скажите, калики, про кеевских богатырей –
И каковы у них лошади удал[ы]?»
И с ним говорит дворянин Залешанин:
«По вся дни, государь,
Ведаем и лошади богатырские знаем».
Говорит Идол-богатырь:
«Царь-государь, волно человек после разпрошать.
Вели, государь, показать им свои лошади царьския».
Царь велел вывести свои лошади царския.
Говорит калика перехожия:
«Лутче тех шкап4) в Кееве и простыя лошади,
А на богатырские лошади пристрашно посмотрить!»
Говорит Идол-богатырь:
«Вели, царь государь,
Показать им наши лошади богатырские».
Царь велел вывести лошади богатырские.
Ведут лошади богатырские:
Первую лошадь ведут Идола-богатыря Скоропеевича
На двенадцати чепях на золотых,
Вторую ведут лошадь молода Тугарина Змиевича
На одиннадцати чепях сребряных.
За теми ведут сорока дву богатыреи;
А все те кони удалы добре, не по обычею;
Каликам полюбилися.
Издалеча калики увидели,
Что добры, не по обычею.
Говорит дворянин Залешанин:
«Сверху, государь,
Не мотчи сметить и усмотрить,
И как, государь царь, сметим,
И мы тебе, государю, скажем
Про наших богатыреи и про конеи
И их храбрость скажем».
И царь повелел им вытти.
Пошли калики вон от царя лошадей смотрить.
И как будут посреди двора царева й лошадей,
Взговорили богатыри промеж собою такову пословицу
«Смотрите, государи товарищи,
Коней, да высматривайте гораздо,
Было б нам, что про наших коней царю сказать!»
«Да уж ли калики высмотрили?»
Взговорят калики:
«Теперь, государь, высмотрили».
Взговорит Илья Муромец своим товарыщем:
«Теперво нам, братцы, строка пришла.
Отимаите лошади багатырские,
Убейте татар без милости,
Садитеся на кони без седел,
На кони богатырския на добрыя!»
Пришли богатыри х конем.
Не птички соловьи рано в дуброве просвистали,
Свиснули, гаркнули багатыри багатарским голосом,
Да свиснули палицы булатные у Ильи Муромца
c товарыщи
Послетали головы татарския!
Отняли себе по добру коню
И, вслед на кони,
Прочь из града поехали до Смугры-реки.
Добрых коней един у царя остался на дворе,
И тот Олеше Поповичю.
Воротился Алеша пешь во Царьгород,
А коня покинул на Смугре-реке.
Да говорит Алеша Попович
Царю Костянтину таково слово:
«Потому мы, царь, у тебя лошади не все емлем,
Что хотим мы с твоими богатыри
В чистом поле свидетися
И их прытость увидети.
И будем мы опять с твоими богатыри во Цареграде».
И изговоря Олеша,
Поехали богатыри к Смугре-реке.
Да кладут на собя досьпехи крепкия
И всю збрую богатырскую,
Емлют с собою палицы булатныя
И копья вострыя.
Ажно скачют из Царяграда богатыри
С великою поганою силою татарскою.
Говорит Олеша Попович:
«Государи мои товарыщи!
Потерпите малехонко,
Дайте мне поправить свое сердце богатырское.
Богатырское сердце нестерпчиво,
Хочет и последнюю орду побити, похвалу доспети!»
Свиснул, крикнул богатырским голосом:
«Потерпи [те] малехонко,
Дайте мне теперво с ними одному поправиться:
Хочю себе похвалу доспети,
Чтоб у[ви]дял царь Костянтин
И дошла б наша похвала до князя Владимера!»
И как съезжаютца с злыми полки татарскими,
И с сороки дву богатыри цареградцкими,
Свиснули, крикнули богатыри богатырским голосом;
От свисту и от крику лес росьзтилаетца,
Трава постилаетца, добрыя кони на окарашки падают,
Худыя кони и живы не бывали.
Не пти[чки] соловьи в дуброве просвистали,
Свиснули, гаркнули руския богатыри,
Илья Муромец с товарыщи.
Говорит царьградцкои богатырь Идол Скоропеевич:
«Государи мои товарыщи!
Сердце ся у меня ужаснуло, трепещется,
И голова вкруг обходит,
И очима не мощно на свет глядеть:
Болшое нам побитым всем!»
Взговорит Тугарин Змиевич:
«Болшое нам, товарыщи, коли б смерти минутись,
Ли ся храбрость наша преложися на тихость;
Не мошно руки поднять, скоро нас страсть взяла:
Болшо Илья Муромец сам пришел!»
Напустил Илья Муромец
Встречю цареградским богатырем
От своих товарыщев в полуверсте,
И все товарыщи скоро поехали за ним.
И ударилися крепко на копья булатныя,
И учалися твердо бить и неподвижно;
Колды копья у них булатные
Приломалися и доспехи крепкие.
Збил Илья Муромец з добра коня
Идола Скоропеевича, а Тугарина руками взял.
А обеих богатырей, ИдолА й Тугарина, живых взяли,
И вьсю силу татарскую побили,.
И тех сорока богатырей побили.
А Идола-богатыря и Тугарина-богатыря -
Живых ведут их во Царьгород.
И ставятца перед царевою полатою.
Говорит Илья Муромец своим товарищи таково слово:
«Тебе, царю, ведомо было,
Что твоих сорока двух богатырей побили
И всю силу татарскую поганую побили,
А твоих лутчих богатырей,
Идола Скоропеевича да Тугарина Змиевича, живых взяли
Да потому, царю, тебя ничем не двигнули,
Ни крянунули ни черным волосом,
Что ездим мы без государскаго ведома.
А похвалу есми видели твоих богатырей:
Похвала мужю – великая пагуба!
А татар всех побили, тем на Руси не бывати.
Толко, царю, теперво тебе челом бьем
Идолом-богатырем,
Чтоб ты на нас не кручинился;
А Тугарина тебе, государю, не Дадим,
Отвезем великому князю,
С чем нам ко князю Владимеру появитися».
И Дают богатыри царю Идола,
А Тугарина с собою емлют.
Не белая лебедь восклицала,
Восплакала мати Тугарина Змиевича
И бьет челом благоверной царице Елене:
«Государыни благоверная царицы Елена!
Упрощай ты, государыни, у русских богатырей
Молода Тугарина Змиевича».
Говорит благоверная царицы:
«Государи естя руския богатыри,
Илья Муромец с товарищи!
Таких грозных богатырей не бывало в Цареграде
Не побивали наших цареградцких богатырей,
Не уведите для моих слез
Младово Тугарина Змиевича!»
Говорит Илья Муромец с товарыщи:
«Государыня благоверная царицы Елена!
За то тебе говорим, государыни,
Не двигнем Тугарина ни чем
Для государьскаго твоего слова;
Будет Тугарин в Киеве,
Потом тебе будет во Цареграде жив.
А нелзе нам отдати богатыря цареградцкого,
Нечем нам в Киеве похвалитися,
Что нам сказать князю Владимеру Всеслаевичю!»
Били челом государыни, прочь поехали.
Ведут с собою языка добраго,
Тугарина Змиевича.
Едут по полю по чистому
И выбирают от себя богатыря дворянина Залешанина:
«Поедь ты, дворянин Залешанин,
К стольному граду Кееву:
Ты жилец двора государева,
Много живешь во дворе государево
И всякой чин ведаешь.
Обошли нас, государю князю Владимеру Всеслаевичю,
Велит ли нам он свои государския очи видети:
«Агрубили есмя твоему недругу –
Царю Костынтину благоверному,
Убили есмя у него со сорок двух богатырей,
А с ним татар люди многия
Да одново богатыря оставили во Цареграде,
Другово тебе ведем».
Приезжал дворянин Залешанин граду х Киеву,
И пошел к великому князю Владимеру Всеславичю,
И справил речи от своих товарыщев,
Что ему наказано.
Приехали богатыри к государю
Владимеру Всеслаевичю,
Привезли языка добраго –
Тугарина Змиевича, цареградцкого богатыря.
Князь великий Владимер Всеслаевич
Почал богатырей жаловать,
Дает им шубы подасамиты и чепи великия златые,
И сверх тово казною несметно.
Да говорит князь Владимер Всеслаевич:
«Да впредь вас, богатыри, рад жаловать
За вашу выслугу великую и за службу богатырьскую!
А ныне емлите себе, что вам надобе!»
И учал князь Владимер Всеслаевич
Молода Тугарина Змиевича спрашивать о вестях.
Зговорит Тугарин:
«Что меня, государь, о вестях спрашиваешь?
Князь Владимер Всеслаевич!
У тебя, государя,
Вотчины не во всех ордах,
А богатырей твоих удалее нет и во всех землях».
И как будет князь Владимер навесело,
И учали потешатися.
И бьет челом Илья Муромец с своими товарыщи:
«Государь князь Владимер Всеслаевич!
Умилосердися, пожалуй нас,
Холопей своих!
Говорила нам царицы Еленa й била челом,
Чтоб мы заложили слово тебе,
Государю, о молодом Тугарине,
Чтоб ты пожаловал, отпустил ево во Царьгород;
И молвили есмя царице Елене,
Чтоб нам упрошат у тебя, государя,
Молода Тугарина Змиевича во Царьгород.
А мы тебе, государю, ради впред служить,
Елико сила может!»
Князь Владимер Всеслаевич пожаловал,
Отдал им молода Тугарина Змиевича,
Цареградцкого богатыря.
Говорит князь Владимер Всеслаевичь:
«Ои естя, мои князи и богатыри!
Цареградцких богатырей было сорок два,
А с сими было татар людей много,-
Не рат ли в поле была?
А моих богатырей толко семь было!»
Били ему челом богатыри,
Взяли молода Тугарина Зьмиевича
И всклали на собя всю збрую богатырьскую,
Поехали во чисьто поле.
И как будут на рубеже,
Отпускают во Царьград молода Тугарина
И учали закл[и]нать,
Чтоб им на Русь не бывать век по веку.
Да отпустили с радостью великою,
И простилися, и сами поехали в чисто поле.
Богатырское слово. Вовеки аминь.

Впервые текст «Сказания о хождении киевских богатырей в Царьград» («Богатырское слово») был опубликован в 1860 году Ф.И. Буслаевым, а в 1881 году Е. В. Барсовым и с тех пор неизменно привлекает внимание исследователей прежде всего своей исторической основой. Б.А. Рыбаков, например, считает, что ее нужно искать в обстановке первого крестового похода или в более раннем периоде, когда при Константине Мономахе и Константине Дуки турки-сельджуки громили Византию и осаждали Царьград, когда «вопрос о «гробе господнем» и надругательствах над христианством был на устах у всех европейцев». Но этот же самый вопрос стоял еще более остро в 1453 году при окончательном падении Царьграда.

Русские богатыри ходили в Царьград и на Царьград как до крестового похода и до крещения Руси, так и после. Известно, например, что только в 986-987 годах, накануне крещения, Владимир отправил в Царьград шесть тысяч русских воинов за сестру византийского императора Анну. И далеко не случайно в былине о неудавшейся женитьбе Алеши Поповича Добрыня Никитич ездит у Царьграда (этим и объясняется его долгое отсутствие). Поэтому с не меньшим основанием можно предположить, что в былинном сюжете о хождении Ильи Муромца со товарищи во Царьград отразился не отдельный факт, а вся многовековая история русско-византийских отношений, включая легендарные походы киевских князей (и богатырей!) на Царьград в VIII-X веках. Эти два разных периода отражены в двух произведениях – в «Сказании» и в былине «Илья Муромец и Идолище», во многом совпадающих, но имеющих одно важное отличие. В «Сказании» речь идет об ожидаемом походе царьградских богатырей на Киев, который киевские богатыри и упреждают своим походом на Царьград, здесь Византия и Русь – противники, а не союзники, как в былине «Илья Муромец и Идолище», отразившей последующий период защиты Царьграда.

Наиболее полный и древний текст «Сказания» («Богатырское слово» Е.В. Барсова) публикуется по изданию:

Былины в записях и пересказах XVII -XVIII веков. М.– Л., 1960, № 35.

В Данном издании текст разбит ритмически на строки.


1) Гуни – вид верхней одежды.

2) Камка – шелковая цветная ткань с узорами.

3) Кручиноватый – принимающий чужую заботу, кручину близко к сердцу.

4) Шкапа – кляча.